Анна положила телефон на стол и посмотрела на часы. Девять вечера. Три звонка за два часа — неплохой результат, если считать по меркам этой недели.
Сначала мать: отец снова сказал что-то про её привычку покупать ненужное, она расплакалась, он ушёл к себе в комнату. Анна слушала, говорила «да, мам, он не хотел обидеть», «ну конечно, ты права», «он просто устал».
Потом брат Глеб: мать не взяла трубку, когда он позвонил поздравить племянника, теперь обижен. Анна объяснила, что мать была расстроена, что он может написать сообщение, что всё наладится. Глеб буркнул «ладно» и повесил трубку.
Потом муж Денис: собирается в субботу к родителям и хочет снова поднять тему займа на машину. Анна попросила: не надо, не сейчас, отец и так на взводе. Денис вздохнул, но согласился.
Теперь она сидела на кухне и смотрела на телефон. Экран погас. Где-то внутри, в груди, туго намотана нитка, и она не распускается, только затягивается.
На следующий день мать позвонила снова. Голос сухой.
— Ты Глебу передала, что я сказала?
Анна стояла в магазине, держала в руке пакет молока.
— Что именно?
— Ну что он должен извиниться. За то, что не приехал в прошлый раз.
Анна поставила пакет обратно на полку.
— Я ничего не передавала.
— Как это? Он же должен понять.
— Мам, скажи ему сама.
Пауза. Потом короткое «ну ладно» и гудки.
Вечером позвонил Глеб.
— Слушай, что случилось? Мать совсем не выходит на связь. Ты хоть объясни ей.
— Глеб, я не собираюсь объяснять. Поговорите сами.
— Ты серьёзно? Раньше ты помогала.
— Да. Серьёзно.
Он помолчал, потом сказал:
— Ну и ладно. Сама разбирайся потом.
Анна положила трубку. Руки дрожали. Она налила воды, выпила стоя у раковины. Денис вышел из комнаты, спросил:
— Что там?
— Ничего. Глеб недоволен.
Денис кивнул и вернулся к компьютеру.
Следующий конфликт возник через два дня. Денис поехал к родителям Анны за инструментом, отец что-то сказал про то, что Денис вечно всё берёт и не возвращает. Денис ответил резко. Отец обиделся. Вечером позвонил отец.
— Ты бы поговорила со своим мужем. У него манер никаких.
Анна сидела на диване, смотрела в стену.
— Пап, вы взрослые люди. Разберитесь.
— Что?
— Я не буду никому ничего говорить. Если есть претензии — скажи ему сам.
Отец замолчал. Потом бросил:
— Вот так, значит.
И отключился.
Денис вышел из ванной, увидел её лицо.
— Что он хотел?
— Чтобы я тебя отчитала.
— И?
— Я сказала, что не буду.
Денис сел рядом, потёр лицо ладонями.
— Ань, ты серьёзно решила на них всех забить?
— Не забить. Просто не лезть.
— Ну да. А потом они тебе же предъявят.
— Уже предъявляют.
Он посмотрел на неё, хотел что-то сказать, но промолчал.
В субботу у матери день рождения. Анна пришла с мужем, с тортом и цветами. Отец открыл дверь, кивнул сухо. Глеб уже сидел за столом, смотрел в телефон. Мать вышла из кухни, обняла Анну, но как-то быстро, без привычной теплоты. Села во главе стола и стала раскладывать салаты.
Ели молча. Глеб передал отцу хлеб, не глядя. Отец взял, тоже отвернулся. Мать резала пирог, лицо напряжённое.
— Аня, — сказала она негромко, — ты бы сходила на кухню. Глеб, пойдёмте с ней.
Анна отложила вилку.
— Зачем?
— Ну как зачем. Вы там поговорите.
— О чём?
Мать смотрела на неё так, будто не понимала вопроса.
— Ну… чтобы вы с братом всё обсудили. Чтобы он понял.
Анна положила салфетку на стол.
— Мам, если тебе нужно что-то сказать Глебу — скажи сама. Я не пойду.
Тишина. Глеб поднял глаза. Денис замер с куском пирога в руке. Отец нахмурился.
— То есть как это? — мать выпрямилась. — Ты же всегда помогала.
— Да. Всегда. А теперь не буду.
— Почему?
— Потому что устала.
Мать открыла рот, закрыла. Глеб откинулся на спинку стула.
— Ну ничего себе.
Анна посмотрела на него.
— Если ты хочешь поговорить с мамой — поговори. Без меня.
— А если я не хочу?
— Твоё дело.
Отец хмыкнул.
— Вот и славно. Все теперь сами по себе.
Анна встала.
— Пап, вы всегда были сами по себе. Просто я стояла между вами и делала вид, что всё в порядке.
Она взяла сумку. Денис поднялся следом. Мать сидела молча, смотрела в тарелку.
— Мам, с днём рождения, — сказала Анна. — Я правда хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. Но я больше не посредник.
Вышли. В подъезде Денис спросил:
— Ты как?
— Нормально.
— Не похоже.
Она прислонилась к стене, закрыла глаза.
— Потом поговорим.
Дома она легла на кровать, не раздеваясь. Денис сел рядом, положил руку ей на плечо. Молчали долго.
Неделю никто не звонил. Анна проверяла телефон по утрам — пусто. Один раз написал Глеб: «Ты вообще в курсе, что мать теперь на тебя обижена?» Она ответила: «В курсе». Больше он не писал.
Она ждала, что накроет чувство вины, что захочется всё вернуть, позвонить первой, сгладить. Но вместо этого внутри было странное спокойствие. Как будто она наконец положила тяжёлую сумку, которую несла слишком долго.
Денис заметил.
— Ты стала… не знаю. Другая.
— В каком смысле?
— Спокойнее. Меньше дёргаешься.
Она усмехнулась.
— Может, просто телефон реже звонит.
Но он был прав. Она спала лучше. Не просыпалась среди ночи с мыслью, кому нужно позвонить завтра, кого помирить, что объяснить.
Через десять дней Денис пришёл с работы и сказал:
— Кстати, встретил твоего отца. Он с Глебом в гараже возились.
Анна подняла голову.
— Вместе?
— Ага. Глеб что-то с машиной намудрил, отец помогал. Разговаривали нормально.
Она молчала. Денис сел напротив.
— Видимо, справились без тебя.
— Видимо.
Он улыбнулся.
— Ты думала, они не смогут?
— Думала.
— А они смогли.
Она кивнула. Что-то внутри отпустило ещё немного.
В пятницу вечером позвонила мать. Анна долго смотрела на экран, прежде чем ответить.
— Алло.
— Привет. — Голос осторожный. — Как дела?
— Нормально.
— Я вот подумала… может, в воскресенье зайдёшь? Просто так. Чаю попьём.
Анна помолчала.
— Без разговоров про Глеба и папу?
Пауза.
— Без.
— Тогда приду.
— Хорошо. — Мать вздохнула. — Ань, я просто хочу тебя увидеть. Не для… ну ты поняла.
— Поняла.
Когда она положила трубку, Денис спросил:
— Идёшь?
— Да. Но если начнёт — уйду.
— Правильно.
В воскресенье она пришла одна. Мать открыла дверь, обняла — на этот раз долго. Они сели на кухне. Мать поставила чайник, достала печенье. Молчали, пока вода не закипела.
— Я не знала, что тебе так тяжело, — сказала мать наконец.
Анна смотрела в окно.
— Я и сама не сразу поняла.
— Ты думаешь, мы специально на тебя вешали?
— Нет. Просто так получилось. Я сама разрешила.
Мать кивнула.
— Наверное, мне правда пора самой звонить Глебу. Когда нужно.
— Наверное.
Они пили чай. Говорили о работе, о погоде, о соседях. Ни разу мать не попросила что-то передать, кому-то позвонить, кого-то уговорить. Анна чувствовала, как плечи постепенно опускаются.
Когда она уходила, мать сказала на пороге:
— Приходи ещё. Просто так.
— Приду.
Дома Денис спросил:
— Ну как?
— Нормально. По-другому.
— Лучше?
Анна подумала.
— Честнее.
Вечером она сидела на кухне, пила чай. Телефон лежал рядом, молчал. Раньше она бы уже проверила — не нужно ли кому позвонить, не забыла ли что-то уладить. Теперь просто сидела. И это было странно, непривычно. Но правильно.
Она взяла телефон, написала Глебу: «Как дела?» Коротко. Без подтекста. Он ответил через пять минут: «Норм. У тебя как?» — «Тоже норм».
Больше ничего. И этого было достаточно.
Ваше участие помогает выходить новым текстам
Если вам близка эта история, поставьте лайк и напишите, что задело вас больше всего — живые отклики очень нас поддерживают. Расскажите о рассказе тем, кому он может понравиться. А ещё при желании можно помочь авторам через кнопку «Поддержать». Огромное спасибо каждому, кто уже помогает нашему проекту. Поддержать ❤️.