Лидия Павловна поставила складной стул напротив лифта в половине девятого утра. Стул она принесла из своей кухни, с клеёнчатым сиденьем и одной короткой ножкой. Под неё пришлось подсунуть старый выпуск газеты.
На кнопке вызова не горел красный огонёк. На дверях висел лист из школьной тетради.
«Не работает. Заявка дана».
Кто дал заявку и когда, написано не было. Лидию Павловну такая неопределённость раздражала даже больше, чем сам лифт.
В восемь она сама дозвонилась диспетчеру, назвала фамилию и номер своей квартиры и потребовала зарегистрировать повторную заявку. Ей продиктовали номер и снова пообещали бригаду до обеда. Номер Лидия Павловна записала в старом клетчатом журнале, где держала телефоны соседей.
— Вы бы домой пошли, — сказала Нина Семёновна с площадки четвёртого этажа. — Простынете тут.
Она говорила сверху, перевесившись через перила. Спуститься ей было трудно. После того как муж перенёс инсульт, Нина Семёновна будто тоже стала ходить за двоих и уставать за двоих.
— Я их дождусь.
— Они вчера обещали.
— Вчера обещали не мне.
Нина Семёновна вздохнула и скрылась. Утром ей позвонили из поликлиники и напомнили, что завтра к десяти мужу надо быть на обследовании. Стоять он мог, а спуститься с четвёртого этажа уже нет. Два сына жили далеко. Соседи были не моложе его.
Лидия Павловна сидела в пальто и держала трость между колен. В подъезде тянуло сырой штукатуркой. За стеной лифтовой шахты время от времени что-то негромко щёлкало, словно кабина пробовала очнуться и передумывала.
Без десяти десять хлопнула входная дверь. Вошли двое в тёмных рабочих куртках. Первый был молодой, с красным ящиком. Второй нёс потёртую сумку и шёл не торопясь, глядя под ноги.
— По лифту?
— По нему, — ответил старший.
— Удостоверение покажите.
Молодой усмехнулся, но старший уже вынул из нагрудного кармана пластиковую карточку. Лидия Павловна надела очки.
Буров Сергей Михайлович.
Она прочла ещё раз. Потом посмотрела на белый шрам у его левой брови. Такой шрам был у мальчишки с последней парты, который однажды пришёл на урок с разбитым лбом и уверял, что столкнулся с дверью.
— Сергей Буров?
— Он самый, Лидия Павловна.
Молодой перевёл взгляд с него на неё.
— Знакомые?
— Учился, — сказал Сергей.
Сергей протянул руку молодому.
— Паша, ключ.
Паша снял со своей служебной связки длинный ключ и отдал ему.
Они поднялись пешком. Лидия Павловна пошла следом. На третьем этаже колено заныло, и ей пришлось остановиться. Сергей оглянулся, но руки не подал.
— Машинное помещение на пятом. Вам туда нельзя.
— Я на четвёртый.
Это было неправдой. На четвёртом ей пока нечего было делать. Но отступить на глазах у Бурова она не могла.
У Нины Семёновны дверь была приоткрыта. Из квартиры пахло варёной гречкой и аптечной мазью. На табурете в прихожей сидел её муж в тренировочных брюках. Он ещё одевался после завтрака и старательно продевал слабую руку в рукав кофты.
— Пришли, — сообщила Лидия Павловна. — Старший у них мой бывший ученик.
— Значит, сделают.
Лидия Павловна промолчала. В школе про Сергея Бурова обычно говорили иначе.
Через двадцать минут сверху послышались шаги. Сергей спустился один, вытирая руки ветошью.
— Сегодня запустите? — спросила она.
— Если привезут ролик.
— А без него?
— Без него не запущу.
— Человеку завтра в поликлинику.
— Я слышал.
Он ответил спокойно, и это спокойствие Лидию Павловну задело.
— Значит, вы понимаете положение.
— Понимаю. Поэтому с неисправной дверью кабину не включу.
— Можно ведь временно. До завтра.
— Нельзя. Дверь может не закрыться как положено. Я своей подписью за это отвечаю.
— Подписью, — повторила она. — Удобно.
Сергей посмотрел на неё. Молодой наверху уронил что-то железное и выругался вполголоса.
— Паша, инструмент собери и езжай на склад, — крикнул Сергей. — Я заявку отправил.
Молодой сбежал вниз, звякая ключами. Сергей посторонился, пропуская его, потом повернулся к Нине Семёновне.
— У вас запись плановая?
— Плановая, только ждали два месяца.
— Бумажка с телефоном есть?
— На тумбочке.
— Давайте сначала позвоним. Узнаем, могут ли перенести без новой очереди и есть ли перевозка для лежачих.
— Он не лежачий, — быстро сказала Нина Семёновна. — Он ходит. По квартире.
— Тем более надо объяснить как есть.
Сергей вошёл только после того, как она отступила от двери. Лидия Павловна осталась на площадке. Ей стало неловко входить следом, хотя Нина Семёновна приглашала.
Из квартиры доносился голос Сергея. Он несколько раз повторил фамилию больного, потом замолчал надолго. Видимо, слушал. Не требовал, не напоминал, кто за что отвечает, а говорил коротко и записывал карандашом на обороте квитанции.
Потом заговорил муж Нины Семёновны. Голос у него был медленный, слова давались не сразу.
— Да, это я. Перенести согласен. Трубку мастеру дам, он про лифт объяснит.
Сергей снова взял трубку. В регистратуре как раз освободилось место на пятницу. Он уточнил время и записал ещё один номер.
Через несколько минут он вышел.
— Запись перенесли на пятницу. Если лифт снова встанет, утром позвоните по этому номеру. Диспетчер скажет, смогут ли прислать машину с носилками. Заранее не обещают.
— Спасибо вам, — сказала Нина Семёновна.
— Пока не за что. Ролик ещё не приехал.
Лидия Павловна спустилась на пролёт и села на подоконник. Стекло за спиной холодило даже через пальто. Сергей стоял у окна, проверяя что-то в телефоне.
— Давно вы этим занимаетесь?
— С девяносто девятого.
— Сразу после школы?
— После вашей школы.
Он убрал телефон. На лице у него не было ни улыбки, ни обиды. Так взрослые люди разговаривают о старом долге, который не собираются взыскивать, но и списывать не намерены.
— Я помню тот год, — сказала Лидия Павловна.
— Я тоже.
— Ты подменил работу.
Сергей посмотрел на неё чуть внимательнее.
— Не подменил. Переписал у Кольки Сазонова. Даже ошибку оставил. Про трубы.
Она помнила. В условии одна труба наполняла бассейн, другая опорожняла. У Сазонова вода прибывала быстрее, когда обе трубы открывали одновременно. Сергей переписал и это.
— Я не могла поставить зачёт.
— Не могли.
— Решал педсовет.
— Вы решили раньше педсовета.
Лидия Павловна положила ладони на набалдашник трости.
— Если бы ты пришёл на пересдачу в августе, получил бы свой аттестат.
— Если бы пришёл.
— Почему не пришёл?
— Уже работал.
— В шестнадцать лет?
— Учеником. Полдня. Вечером пошёл в школу.
Он говорил без вызова, но Лидия Павловна услышала в своём вопросе недоверие и пожалела, что задала его именно так.
— Мать устроила?
— Дядька. Он тогда здесь механиком был. Сказал, раз в обычной школе не вышло, пойдёшь в вечернюю и будешь платить за хлеб. Я думал на месяц. Остался.
Сверху, из машинного помещения, тянуло тёплым металлом и старым маслом. Сергей сел на ступеньку напротив. Колени его рабочих брюк были белёсыми от пыли.
— Тяжело было?
— Вставать тяжело. Учиться нет. Там я уже понимал, зачем мне дроби.
— Для лифта дроби не нужны.
— Для лифта много чего не нужно из школьной программы. А привычка не сдавать чужое за своё пригодилась.
Лидия Павловна выпрямилась. Прежний учительский голос вернулся сам.
— Значит, всё-таки тот случай пошёл тебе на пользу.
Сергей потёр большим пальцем шрам у брови.
— Случай пошёл. Не всё, что вы тогда сказали.
— Что я сказала?
— Завучу сказали, что со мной всё ясно. Что я безнадёжный.
Во дворе с грохотом закрыли крышку мусорного бака. Лидия Павловна посмотрела в окно. У песочницы женщина вытряхивала половичок, хотя на табличке у подъезда много лет запрещали это делать.
— Ты был в коридоре?
— У батареи сидел. Ждал мать.
Она вспомнила длинную скамью возле кабинета директора. В тот день мать Сергея так и не пришла. Лидия Павловна сначала сердилась, потом устала ждать. Завуч сказала, что в таком доме никто мальчиком заниматься не станет. И тогда Лидия Павловна произнесла это слово.
Все эти годы ей казалось, что разговор был в учительской.
— Я не знала, что ты слышишь.
— Если бы не слышал, лучше бы не стало.
— Да.
Он поднял глаза. Наверное, ждал продолжения. Лидия Павловна тоже привыкла после такого короткого «да» объяснять обстоятельства. Тридцать пять человек в классе. Конец четверти. Чужая работа. Пропуски. Мать, которую невозможно вызвать в школу. Всё это было правдой и ничего не меняло.
— Я сказала, — произнесла она. — И думала именно так.
Сергей кивнул.
Снизу хлопнула дверь. Молодой мастер поднимался через две ступеньки, держа в руке маленькую коробку.
— Нашёл последний.
Лидия Павловна посмотрела на часы. Было без четверти двенадцать.
Сергей встал.
— Пошли ставить.
— Серёжа, — окликнула Лидия Павловна.
Он обернулся.
— Я правильно тогда сделала?
Молодой остановился этажом выше и невольно прислушался. Сергей посмотрел на него.
— Паша, наверх.
Тот ушёл. Сергей подождал, пока стукнет дверь машинного помещения.
— Вы правильно не приняли работу. Я её не сделал. А про жизнь мою вы решили зря.
— Но ты ведь пришёл сюда из-за того недопуска.
— Пришёл. Только профессию мне не недопуск дал. Дядька мой, Виктор Андреевич, дал сумку и велел три раза переделать один контакт. Потом показал, как делать. Вот за это я ему благодарен.
— А мне нет?
— За отметку благодарить не буду. И ругать за неё не буду. Так честно?
Лидия Павловна не сразу ответила.
— Так честно.
Ремонт закончили во втором часу. После замены ролика Сергей и Паша дважды проехали по всем этажам, останавливая кабину и проверяя, как закрываются двери. Нина Семёновна вынесла им чай. Сергей выпил свой стоя, Паша оставил чашку на подоконнике и забыл. Лидия Павловна вымыла её и вернула соседке.
Когда кабина наконец пришла на первый этаж, Сергей несколько раз раскрыл и закрыл двери. Потом встал между створками и велел Паше проверить зазор.
— Готово, — сказал молодой.
— Не готово. Слева выше.
— Там два миллиметра.
— А должно быть ровно. Делай ещё раз.
Паша сжал губы, достал ключ и опустился на корточки. Сергей стоял рядом и светил ему фонарём. Не торопил и не называл бестолковым.
После регулировки они ещё раз прогнали кабину по всем этажам. Двери закрывались без задержки.
Без четверти два Сергей принёс Лидии Павловне отрывной лист к повторной заявке. Вверху стояли её фамилия, номер квартиры и тот самый номер, который она утром записала в журнал.
— Подтвердите, что бригада была и лифт работает. Здесь можно написать замечания по заявке.
— А если нет замечаний?
— Так и пишут.
Она достала из сумки ручку. Строка была узкая, и рука от холода и долгого ожидания слегка дрожала. Лидия Павловна начала привычно выводить «претензий», остановилась и зачеркнула.
«Бригада приехала в 9.50. Лифт запущен в 13.45. Запись больному помогли перенести».
Сергей прочёл.
— Это не по ремонту.
— Я знаю.
Он сложил лист пополам и убрал в папку.
— До свидания, Лидия Павловна.
— До свидания, Сергей Михайлович.
Вечером Лидия Павловна вынесла мусор и на обратном пути услышала, как на третьем этаже створка коротко скребнула по порогу. Двери закрылись только со второго раза. Кабина не тронулась, пока они оставались приоткрытыми, но Лидия Павловна всё равно посмотрела на часы, записала этаж в клетчатый журнал и позвонила диспетчеру. Дежурный механик пришёл через двадцать минут, несколько раз прогнал кабину и отключил лифт до утра.
— После нескольких поездок крепление ослабло, и нижний край ушёл, — сказал он, приклеивая к дверям печатный лист. — Утром та же бригада отрегулирует.
«Контрольная проверка. Не работает до девяти часов».
Утром Лидия Павловна услышала за дверью металлический стук.
Сергей вернулся с Пашей по новой заявке. Кабина стояла на первом этаже с раскрытыми дверями, поперёк входа была натянута красно-белая лента. Молодой сидел на корточках и крутил регулировочный болт. Сергей объяснял ему что-то тихо, показывая пальцем на нижний край двери.
Лидия Павловна поставила трость к стене и осталась на площадке. Паша закончил, убрал ключ, сам измерил зазор и несколько раз провёл ладонью вдоль края створки. Только после этого Сергей снял ленту, закрыл двери и поднялся пешком к машинному помещению.
В шахте загудело, кабина ушла с первого этажа. Лидия Павловна нажала кнопку. Красный огонёк загорелся. Кабина вернулась сверху, двери разошлись ровно.
— Вы едете? — спросил Паша.
— Нет.
Она пропустила пустую кабину и осталась у лифта, пока Сергей спускался с пятого этажа. Когда он подошёл, Паша заговорил.
— Теперь ровно. Зазор проверил, створка нигде не задевает.
Сергей осмотрел створку и кивнул Паше.
Ваше участие помогает выходить новым текстам
Спасибо за ваше внимание к этому тексту. Оставьте, пожалуйста, отзыв — даже несколько строк в комментариях помогают нам становиться лучше. Если хотите, поделитесь рассказом в соцсетях или с близкими. Поддержать авторов вы также можете через кнопку «Поддержать». Спасибо всем, кто уже поддерживает наш канал. Поддержать ❤️.