На стуле, который Валя заняла для Люси, лежал бланк заказа. На соседнем лежал такой же бланк, а на нём картонка с фотографией кресла. За массажную накидку на кресло просили восемьдесят девять тысяч девятьсот рублей.
— Тамар, вы это зачем разложили?
Тамара сошла со сцены по двум ступенькам и глянула на картонку.
— Это фирма разложила. Сейчас объявят. Ты с фотографией?
За фотографией Валя накануне ездила к дочери. Та забрала семейные альбомы к себе, когда Валя меняла шкаф. Между выпускным дочери и свадьбой лежал снимок второй смены у фабричной проходной. Тамара просила взять его на вечер. Она помнила, что на снимке были и швеи, и закройщицы, и обе девочки из утюжильного.
Валя достала конверт, но Тамару уже позвали к микрофону.
Люся пришла вместе с Ниной. Нина устроилась с краю и вытянула в проход ногу. Люся принялась здороваться через ряд, а Валя убрала бланк с её стула.
Мужчина у микрофона представился Олегом, поблагодарил Тамару и пригласил Веру Ильиничну. Та встала с места в первом ряду. В руке у неё был сложенный вчетверо листок. Валя знала, что Вера Ильинична собиралась выступить. Накануне та звонила узнать, помнит ли Валя, в каком году к ним перевели закройщиц из соседнего корпуса.
— Сколько лет вы отдали швейному производству? — спросил Олег.
— Тридцать семь.
— И всё за машинкой?
— Последние двенадцать лет я была мастером.
— Но что бывает со спиной, когда сидишь всю смену, вы знаете. Вот как раз для таких людей мы привезли массажную накидку. Садитесь сюда, Вера Ильинична. Мы сейчас вместе с вами попробуем.
Вера Ильинична посмотрела на кресло.
— Спасибо. Мне и стоя хорошо.
Она села на своё место и убрала листок в карман кофты.
Олег включил накидку. Она загудела, и под тканью проступили два круглых бугра. Олег сказал, что цена на карточке действует только сегодня и, пока здесь его помощница, можно взять товар в рассрочку.
— Ты же говорила, Вера Ильинична будет выступать, — сказала Люся.
Валя встала. Пока Олег искал желающих попробовать накидку, она подошла к Тамаре. Люся и Нина пошли за ней.
— Дай Вере Ильиничне микрофон хоть на пять минут, — сказала Валя. — Потом пусть дальше показывает.
— Мы бы и снимки раздали, пока все сидят, — сказала Люся.
Тамара посмотрела на сцену. Олег уже помогал Кате из утюжильного снять жакет.
— У него по порядку. Сейчас накидка, потом подушки. Мы до половины седьмого договорились.
— Так подушки можно после чая, — сказала Нина. — Кому надо, останется.
— Кто останется? Они за зал заплатили, чтобы их все послушали. Иначе нам бы его бесплатно никто не дал.
У стены помощница Олега разложила договоры. Две закройщицы уже стояли возле неё. Одна, которую Валя сама позвала на встречу, водила пальцем по столбцу с ежемесячными платежами.
— Ты бы хоть мне сказала, — произнесла Валя. — Я ведь людей обзванивала.
— А за зал ты бы внесла? В прошлый раз я задаток за кафе отдала. Все собирались, а к пятнице нас семеро осталось.
Валя тогда тоже отказалась. Дочь попросила забрать внуков, а Валя всё откладывала звонок, пока Тамара сама не спросила, ждать ли её.
— А после половины седьмого мы тут сколько можем сидеть?
— До семи. К семи они ключ сдают.
Валя посмотрела на первый ряд. Муж Веры Ильиничны уже подавал ей трость. Она догнала их в гардеробе, когда он помогал жене попасть рукой в рукав.
— Вы уже уходите?
— Коля с половины пятого на ногах, — сказала Вера Ильинична. — Мы думали, я скажу своё и посидим немножко. А ты из утюжильного кого-нибудь видела?
— Катя там, в кресле.
— А Зоя?
Зоя жила за переездом и просила предупредить заранее, чтобы сын отвёз её на машине. Валя обещала позвонить, как только найдётся зал, и забыла. Она достала телефон, посмотрела на время и убрала его.
У зеркала Нина дождалась, когда Люся принесёт ей пальто, и предложила столовую возле бывшей проходной. По будням туда приходили обедать из соседних мастерских, а по субботам маленький зал сдавали после обеда. Нина укорачивала хозяйке брюки и знала её номер.
— Через неделю можно, с четырёх до шести, — сказала она, дозвонившись. — Три тысячи за зал. Даст чайник и посуду, к чаю можно своё. Просит тысячу вперёд.
— Пятнадцать человек по двести, — сказала Люся. — Столько мы наберём.
— Кто собирает деньги? — спросила Нина.
Люся помолчала и расстегнула только что застёгнутое пальто.
— Давай я. Только сразу пусть сдают. За обещания я доплачивать не буду.
Валя перевела хозяйке тысячу. У неё до пенсии оставалось чуть больше двух тысяч рублей, а за телефон надо было заплатить в понедельник. Она попросила Люсю вернуть ей тысячу из первых взносов.
Люся пошла обратно в зал, а Валя спросила Веру Ильиничну, смогут ли они прийти с Колей. Коля сказал, что с четырёх сможет, а Вера Ильинична спросила, что испечь. Тогда Валя позвонила Зое. Та сразу спросила, придётся ли подниматься по лестнице, как в прошлый раз на поминках у Клавы. Валя спросила Нину. Маленький зал был внизу.
Тамара вышла в гардероб и попросила Валю оставить снимок. Люся в это время убирала в кошелёк первую двухсотенную купюру и повторяла закройщице, куда приходить в следующую субботу. Тамара выслушала её, потом спросила Валю, есть ли ещё место.
— Есть, — сказала Валя. — Люся тебя запишет.
Тамара полезла в сумку за кошельком. Из зала позвали её по имени.
— Передайте, что я иду, — сказала она гардеробщице и достала деньги.
К понедельнику записались и сдали деньги пятнадцать человек, считая Валю. Люся зашла вернуть ей тысячу и пересчитала на кухне остаток. Зоин сын обещал привезти мать и забрать её в шесть. Валя перезвонила ещё троим, чьи номера у неё оставались с первого вечера. Одна женщина уезжала к дочери, две попросили позвать в другой раз.
В субботу в столовой ещё пахло жареным луком. Пока Люся расплачивалась с хозяйкой, Нина ставила чайник. Зоя пришла с сыном. Катя сняла шапку, и Зоя с порога крикнула ей, что у неё теперь совсем другая голова. Катя потрогала волосы и объяснила, что стрижёт её невестка.
Вера Ильинична принесла пирог с капустой. Когда она раздала куски, Валя достала из конверта снимок. Вера Ильинична надела очки и показала на женщину у ворот.
— Вот я.
— Это Клава из раскройного, — сказала Люся. — Она тогда ещё с гипсом ходила.
— Клава к тому времени гипс сняла. Вон Клава, обеими руками сумку держит.
Тамара посмотрела через Валино плечо и показала на женщину в распахнутом плаще.
— И меня всё-таки поймали. Я уж думала, без меня сниметесь.
— Куда ты тогда торопилась? — спросила Валя.
— В буфет. Получка же была. Думала, пока вы деньги считаете, весь хлеб разберут.
— И разобрали?
— Сейчас вспомню. Мы потом ещё куда-то с Зоей ходили.
Валя подвинулась на скамье. Тамара села рядом и позвала Зою с другого конца стола.
Спасибо, что читаете наши истории
Если эта история откликнулась, пожалуйста, отметьте её лайком и напишите пару слов в комментариях — нам очень важно знать, что вы чувствуете. Если захочется поддержать нашу команду авторов, это можно сделать через кнопку «Поддержать». Отдельное спасибо всем, кто уже однажды нас поддержал — вы даёте нам силы писать дальше. Поддержать ❤️.

