-
Столб без имени
С утра шёл дождь. Тёплый, ленивый, с крупными каплями, такими, что ни зонт, ни плащ не спасают — всё равно воротник промокает. Валентина Михайловна выскользнула на крыльцо, повозилась с ключами у старой калитки и привычно взглянула вдоль просёлочной дороги. Автобусная остановка была видна между черёмухой и зарослями ирги — точнее, то место, где она была:…
-
Экран после пятидесяти
Когда я увидела объявление о сокращении, ни одна мышца на лице не дрогнула. Я давно подозревала: отделу бухгалтерии на такой фирме осталось недолго. Всё автоматизируют, данные сами друг друга считают, зарплаты начисляются по щелчку — а я, Марина Николаевна Тимофеева, сижу между компьютером и шкафом с папками, словно артефакт эпохи бумажных документов. «Благодарим за вклад»,…
-
Нулевая полка
Когда меня принимали на работу в благотворительный склад, никто не спрашивал, умею ли я различать кашемир от акрила или пришивать пуговицы ровно. Спрашивали другое: буду ли я брать вещи себе, если попадётся что-то хорошее. Я ответила честно: мне своего хватает, да и фасон у вашей благотворительности не совсем мой. Посмеялись и взяли меня на оформление…
-
Очередь под корицей
Булочная на углу Московской и Малышева всегда пахла корицей так, будто корицу здесь не просто клали в сдобу, а вываливали мешками в тесто и щедро посыпали прилавки. Я захожу сюда по субботам — иногда за батоном, а чаще за разговором. Впрочем, с кем — никогда не знаешь заранее: булочная как аквариум, где рыбки меняются день…
-
Тихие круги
Когда я лежала под капельницей, слушая, как в коридоре шаркают тапки санитарки, мне казалось, что всё важное теперь будет происходить где-то за пределами моей квартиры. Но вот уже три недели как я снова дома. И никакой торжественности: кастрюля на плите, посуда в раковине, серые окна. Только браслет на запястье — тот самый, который считает шаги…
-
Дата на полке
Когда Марина Анатольевна устроилась работать в Музей истории города, ей казалось, что бумажная работа — это не страшно. Подписывать акты, делать описи, проверять списки — всё лучше, чем таскать ящики или спорить с посетителями о том, можно ли трогать экспонаты руками. Но спустя семь лет у неё выработался особый взгляд на бумагу: она казалась живым…
О проекте
«LitVecher» — площадка короткой прозы для вдумчивого чтения. Мы публикуем рассказы авторов, близких по духу: свет, ирония, тёплая печаль и надежда.