-
Страстная неделя
— Изюм промыла? Наташа ещё не успела снять куртку. Пакет с творогом резал ладонь через тонкий полиэтилен, в прихожей стояли два ведра, швабра и перевёрнутый табурет, а из кухни уже доносился мамин голос, собранный, как перед приходом комиссии. — Здравствуй тоже можно, — сказала она, ставя пакет на тумбочку. Мать выглянула из кухни, вытерла руки…
-
Старое пальто
Чехол давно не держал молнию — Вера просто потянула его вверх за петельку, и пальто вышло наружу мягко, без сопротивления. Она накинула его на кровать. Апрельский свет, белёсый и плоский, лёг на шерсть, и стало видно всё разом: оба локтя, отполированных до тёмного блеска, почти как лакированная кожа; правый карман с заломом по краю —…
-
Холодильник у стены
Рулетка была швейная, тонкая, с кнопкой-фиксатором, которая давно перестала фиксировать. Вера держала её кончик у плинтуса и медленно вела вдоль стены, придерживая ленту большим пальцем, чтобы не провисала. Пятьдесят два сантиметра. Она записала цифру на обороте конверта от квитанции за воду, подчеркнула и поставила рядом вопросительный знак. Пятьдесят два — это проход между угловым краем…
-
Февральское окно
Тетрадь лежала на подоконнике ещё с ночи. Она не помнила, как положила её туда, — наверное, принесла вчера вечером, когда села смотреть на улицу и так ничего и не написала. Сейчас было пять сорок утра. За окном стояла темнота, какая бывает только в феврале: не ночная и не утренняя, а что-то третье — небо над…
-
Внизу страницы
Ручка уже была у него в руке, когда он увидел имя. Виктор Николаевич листал документ механически: нашёл нужную страницу, откинул колпачок, наклонился над строкой. Таких документов за его жизнь прошло столько, что он давно перестал их видеть — строка для подписи, дата, инициалы. Но на второй странице взгляд зацепился, и он прочёл медленнее: Кузьмин Александр…
-
Суббота вдвоём
Вера сидела на кухне с телефоном в руке и никуда не звонила. В семь утра позвонила сестра — извинялась, переносила воскресный обед на следующую неделю, что-то про машину мужа, про температуру, про «ты не обижайся». Вера сказала «не обижаюсь, конечно» и положила телефон на стол. Потом долго смотрела на него, будто сестра могла ещё что-то…
О проекте
«LitVecher» — площадка короткой прозы для вдумчивого чтения. Мы публикуем рассказы авторов, близких по духу: свет, ирония, тёплая печаль и надежда.