— А если я напишу про тебя, ты разрешишь?
Нина не сразу поняла, что Ася спрашивает всерьёз. Внучка сидела на полу у розетки, с ноутбуком на коленях. Заряда у него осталось на несколько минут, а удлинитель Нина вчера отнесла соседке.
— Что про меня писать?
— Как ты маму одна растила. Про общежитие. Как вы потом комнату получили.
— Квартиру потом получили. Комнату мне от завода дали.
— Ну вот, ты поправишь. Там конкурс эссе. Я тебе говорила.
Нина помнила про конкурс. Победителей приглашали на неделю заниматься с редакторами и писателями, оплачивали дорогу и жильё. Ася читала ей условия ещё в сентябре. Тогда Нина спросила, кормить будут или самой покупать, и внучка засмеялась. Оказалось, и кормить будут.
— Ты ведь про свою работу собиралась писать, — сказала Нина.
Летом Ася два месяца выдавала заказы в магазине. Дома рассказывала, как покупатель принёс возвращать уже собранную тумбу, которая не влезла в ванную, а разобрать её обратно не смог.
— Я начала. Не получается ничего. Просто смешные случаи. А тут настоящая история. Если хорошо написать, у меня с ней гораздо больше шансов.
Ася произнесла это с надеждой, от которой Нине захотелось сразу согласиться. Последние полгода внучка то отправляла куда-то рассказы, то получала ответы. Отказы она называла письмами и говорила о них быстро, без подробностей.
— А что там надо-то?
— Эссе о человеке, который на тебя повлиял. От двух до четырёх тысяч слов. Можно я сначала набросаю, а ты прочтёшь? Без твоего разрешения никуда не отправлю.
— Прочитать можно.
— И я завтра приду? С вопросами.
Нина кивнула. Ася быстро пересела на стул, ухитрившись не выдернуть зарядку, и стала печатать.
Нина взяла её брюки с гладильной доски. Внучка принесла их на прошлой неделе укоротить и всё забывала надеть при бабушке. На одной штанине булавка торчала поперёк сгиба.
— Ты ботинки завтра захвати. Те, с которыми носить будешь.
— Я в них приду.
На следующий день Ася принесла три распечатанных листа и булочки. Листы она положила перед Ниной, булочки убрала в хлебницу.
— Это ещё совсем сырое. Ты только не смотри на повторы.
Нина надела очки.
В первом абзаце Нине было двадцать два года. Муж ушёл, оставив её с ребёнком без денег и крыши над головой. Она приехала в чужой город, устроилась на завод, семь месяцев жила в общежитии без дочери, а потом добилась комнаты и забрала девочку к себе.
— Двадцать четыре, — сказала Нина.
Ася открыла блокнот.
— А маме?
— Четыре. Я же тебе говорила, она уже в сад ходила.
— Да, точно.
Нина читала дальше. Город оказался не совсем чужим. Там жила Зоя, с которой они вместе учились, она и позвала на завод. Нина сначала хотела сказать об этом, но увидела ниже имя Зои. Ася помнила. Просто в первом абзаце та пока была не нужна.
«Каждую ночь, засыпая в комнате на шестерых, она представляла, как дочь зовёт её во сне».
— Это откуда?
— Что?
Нина показала строчку.
— Ну, я так представила. Ты ведь скучала.
— Я после второй смены приходила и спала.
Ася зачеркнула предложение.
— Хорошо. А сколько вас было в комнате?
— Четверо.
— Я всё исправлю, баб. Для этого и принесла.
На втором листе Нина ходила к начальству просить жильё. Это было верно. Она ходила несколько раз. Пока была замужем, жили у свекрови, после развода вернулась к матери, но там в двух комнатах уже помещались брат с женой и детьми. Дочь пришлось оставить у сестры в посёлке. Сестра тогда не работала, сидела со своим младшим.
Про общежитие Нина рассказывала дома часто. Как соседка жарила селёдку и все ругались. Как они мыли голову над тазом, потому что душ работал два дня в неделю. Как Зоя однажды пришла с танцев в одном сапоге. А про дочь говорила коротко, что потом забрала.
Здесь коротко не выходило. На третьем листе уже было написано, что эта разлука научила Нину никогда не сдаваться.
— Почему научила?
Ася посмотрела на лист, потом на бабушку.
— Ты же добилась. Тебе сначала отказали, а ты всё равно ходила.
— Зоя со мной ходила. Одна бы я, может, и перестала.
— Тогда можно про вас обеих. Это даже лучше. Что женщины друг другу помогали.
Ася записала что-то на полях. Нина вдруг увидела, как легко всё помещается в этот текст. И отказ начальника, и Зоя, и таз. Для каждого находилось место, стоило только объяснить внучке, как было на самом деле.
— А когда ты маму забирать приехала, она обрадовалась?
Нина сняла очки.
— Не сразу.
— Не узнала?
— Узнала она меня.
Из соседней квартиры донеслось короткое сверление. Ася переждала шум, держа ручку над блокнотом.
Марина не хотела ехать. Она стояла за спиной Нининой сестры и держалась за её юбку. У Нины был обратный билет на вечер, в сумке лежали два апельсина, которые она купила дочке в городе. Сестра сказала, что ребёнку надо привыкнуть, не дёргай её. А Нина ответила зло, при девочке. За семь месяцев она успела привыкнуть к тому, что дочь ждёт её и потому всё должно получиться сразу.
Про это она не рассказывала ни Асе, ни самой Марине.
— Баб?
— Подожди. Я пока не знаю, хочу ли.
— Рассказывать?
— Чтобы ты писала.
Ася опустила ручку.
— Из-за того, что я наврала? Я же уберу.
— Нет, не из-за этого. Мне надо подумать.
Внучка придвинула листы к себе, выровняла края.
— До пятницы ещё три дня. Только ты мне скажи хотя бы завтра. Я ведь другое тогда должна начать.
Это была разумная просьба. Нина сама не любила, когда от неё чего-то ждали и не говорили, к какому сроку.
— Завтра скажу.
Листы Ася оставила Нине.
Вечером зашла Марина. Она работала рядом и иногда по дороге домой приносила матери продукты из большого магазина. Нина разбирала пакет, а дочь рассказывала, что у них третий раз перенесли инвентаризацию. Потом увидела листы на комоде.
— Ася принесла? Как тебе?
— Ты знала?
— Она советовалась. Я сказала, спроси у бабушки. Тебе не понравилось?
— Не знаю, зачем это всё чужим людям.
Марина убрала молоко в холодильник.
— Они же не сплетни читать будут. Она тобой гордится.
Нина поставила на полку пачку гречки. Так и хотелось пересказать дочери про ночи в комнате на шестерых, чтобы та тоже возмутилась. Но тогда выходило, что Нина согласна на всё остальное, лишь бы правильно сосчитали кровати.
— Я понимаю, — сказала она.
— Ну а что тогда? Имена можно поменять.
— А ты бы хотела, чтобы о тебе написали?
— Смотря что. Про то, как я у тёти Вали жила, могла бы и сама написать. Помню, как вы все шептались, когда ты приехала. А мне никто ничего не говорил.
Нина закрыла дверцу шкафа.
Она помнила дорогу, жильё, билеты, деньги, которые отправляла сестре. У Марины осталось другое. Сколько раз при дочери Нина говорила за столом, что иначе было нельзя, и Марина соглашалась. Нина никогда не спрашивала, что та помнит сама.
— Ты не хотела со мной ехать, — сказала она.
— Я там семь месяцев прожила. Конечно, не хотела сразу.
В голосе дочери не было упрёка, и от этого Нине стало ещё неловче.
— Это ты можешь рассказать, — сказала она.
— Ася хочет про тебя.
— Вот и пусть я решу.
Марина помолчала.
— Ладно. Я не уговариваю. Просто жалко, если она не успеет.
Перед уходом дочь спросила, купить ли в следующий раз ещё такой же творог. Нина сказала, что да.
Ночью Нина лежала без сна. Она уже соглашалась переделать начало. Можно было убрать мужа совсем, начать с проходной, с Зои. Объяснить, что комнату дали не потому, что начальник растрогался, а потому, что подошла очередь и за них ещё попросили из цеха. Тогда всё становилось честно и можно было разрешить.
Она села и зажгла свет.
Ася ничего не отправила. Не обманула её. Спросила, принесла прочитать, зачеркнула то, что Нине не понравилось. И всё-таки Нина уже выбирала из своей жизни то, о чём ей было бы легче разрешить написать.
Ей самой нравилось рассказывать. Она любила, когда Ася слушала и смеялась, а потом просила ещё про Зою. Но сейчас Нина представляла, как незнакомый человек прочтёт про её дочь и поставит рядом оценку. Может быть, высокую. Потом Ася поедет заниматься, позвонит, скажет, что всё благодаря бабушке. От этой мысли тоже было тепло.
Нина посидела на краю кровати и выключила свет.
Утром она позвонила внучке после десяти, когда та уже должна была выйти с первой пары.
— Ась, я не хочу.
В трубке было шумно. Ася сказала кому-то, что сейчас догонит, и попросила повторить.
— Про меня не пиши, — повторила Нина.
— Вообще? Я же могу без имени. И город другой.
— Вообще.
— Но ты же сама рассказывала. Я не подслушала.
— Тебе рассказывала.
Ася не ответила. Нина слышала шаги и хлопнувшую дверь.
— Я не понимаю, — сказала наконец внучка. — Что в этом плохого? Я ничего обидного про тебя не собиралась.
— Я знаю.
— И ты же сама вчера сказала, что можно.
— Прочитать сказала. Я не подумала тогда толком.
Нина ждала, что Ася ещё что-нибудь спросит. Ей хотелось объяснить всё так, чтобы внучка сразу поняла и не обиделась. Вместо этого она сказала только, что решила так, и сама услышала, как жёстко получилось.
— Хорошо, — ответила Ася. — Значит, не буду.
После звонка Нина прошла в комнату, взяла с доски брюки и опять положила. Ей пришло в голову предложить деньги на другую поездку. Деньги были, она давно откладывала понемногу. Но Ася хотела, чтобы выбрали её текст.
К вечеру внучка написала, что зайдёт за брюками. Нина ответила, что нужно сначала примерить.
Ася пришла в платье, без ноутбука. Разулась, взяла в шкафу футболку, которую обычно надевала, когда оставалась ночевать, и ушла переодеваться. Через несколько минут появилась в брюках, босиком.
— Ботинки, — напомнила Нина.
— Сейчас.
Пока Ася обувалась, Нина достала булавки. Хотелось спросить про новый текст. Она даже приготовила первую фразу, самую осторожную, но промолчала.
Внучка встала перед зеркалом. Правая штанина лежала на подъёме ровно, левая собиралась складкой. Нина опустилась на низкую скамеечку и вынула прежнюю булавку.
— Эти листы я забрала, — сказала Ася. — Которые на комоде.
— Хорошо.
— Я не отправлю. Ты не думай.
Нина посмотрела на неё снизу.
— Я тебе верю.
Ася отвернулась к зеркалу. Нина подвернула ткань и приколола заново.
— Так?
— Покороче бы чуть-чуть.
Нина подняла край ещё на полсантиметра.
— Вот, — сказала Ася. — Теперь хорошо. Можно я пока у тебя побуду?
— Побудь. Повернись только, я сзади посмотрю.
Ася осторожно переступила, чтобы не задеть булавки.
Спасибо, что читаете наши истории
Ваши лайки, комментарии и репосты — это знак, что истории нужны. Напишите, как вы увидели героев, согласны ли с их выбором, поделитесь ссылкой с друзьями. Если хотите поддержать авторов чуть больше, воспользуйтесь кнопкой «Поддержать». Мы очень ценим всех, кто уже сделал это. Поддержать ❤️.