— Ты сверху-то погляди, — сказала Зоя. — А то внизу красота, а там опять сохнет.
Надя отошла от ствола. С дорожки вишня казалась почти здоровой. Листья закрывали две сухие развилки, а коричневые полосы садового вара на коре сливались с тенью. Но Зоя показывала выше. Там, где неделю назад висели ещё зелёные вишни, листья свернулись и повисли, словно кто-то обдал их горячей водой.
— Вчера этого не было.
— Было, ты не видела. Замажь и там. Юру попроси, он достанет.
Зоя говорила без злорадства. Вар принесла тоже она, целую банку, когда Надя пожаловалась на липкие потёки. Дома у Зои всё лежало с запасом, и чужую беду она сперва старалась поправить тем, что уже было под рукой.
Теперь она просунула между штакетинами блюдце с тремя огурцами.
— На малосольные ещё не набралось. Поешьте так.
Надя взяла блюдце и осталась у забора. Над дорожкой висела низкая ветка. Каждый июль они собирали с неё вишню без лестницы. Юра подставлял миску, Надя сгибала ветку за развилку. С верхушкой возились мало, оставляли птицам, а отсюда набирали на вареники и ещё в морозилку.
На одном тонком побеге листья засохли сразу после цветения. Надя тогда решила, что его прихватило холодом. Потом подсох другой. Камедь она заметила позже, когда подвязывала рядом к забору плетистую розу. На стволе и у основания нижней ветки застыли прозрачные наплывы. Один был уже твёрдый, другой тянулся за пальцем.
Варом она прошлась старательно. Юра даже сказал, что так крыльцо не красила.
— Ну что, ещё достать? — спросил он теперь из сарая.
Он слышал Зою, хотя не выходил.
— Погоди.
Надя убрала огурцы в дом и вернулась к вишне с табуретом. Подставила его под новую сухую ветку, но, ещё не поднявшись, увидела свежую каплю чуть в стороне от замазанного места. Капля лежала на краю тёмной коры. Её можно было закрыть одним движением пальца.
Надя потрогала листья на конце ветки. Они не хрустели, только безвольно складывались пополам.
Юра вышел с банкой.
— Давай, пока мягкий. На солнце поставил.
— Откуда она опять лезет?
— Трещина дальше пошла.
— А листья почему?
Он посмотрел вверх.
— Вишня старая.
Это было верно. Сажали они её ещё до того, как провели воду. Юра возил бочки на прицепе, и Надя следила, чтобы на молодые деревья оставалось, даже когда огурцы начинали вянуть. Теперь воду давали трижды в неделю. Шланг лежал вдоль забора, его даже не убирали.
— В питомнике ведь могут посмотреть, что с деревом, — сказала она.
— Ты её туда повезёшь?
— Спрошу, что показать.
Юра закрыл банку. Он собирался чинить калитку и не хотел весь день рассуждать о вишне.
В питомнике Надя сперва стала объяснять продавщице про смолу. Та позвала Ирину, которая занималась плодовыми саженцами. Ирина попросила фотографии всего дерева, ствола и места, откуда выходит камедь.
Надя показала снимки, сделанные перед отъездом. На одном были хорошо видны вишни, на другом — её собственная тень. Тёмную кору закрывал вар.
— Самое нужное я замазала, да? — спросила Надя.
— Пока не добавляйте. И кору не сдирайте, чтобы мне показать.
Ирина увеличила снимок ветки.
— Когда начали сохнуть?
Надя рассказала про холод после цветения, про два первых побега. Про то, что весна была мокрая, Ирина знала и сама.
— Это заразное?
— Может быть. Но по этой фотографии я вам не скажу, что именно. Я в субботу буду на соседней улице, там сад смотрю. Могу и к вам зайти.
Надя спросила цену, записала свой адрес на обороте чека и оставила Ирине. Потом вернулась к прилавку и положила на место пакет удобрения для плодовых, который взяла, пока ждала. Хотелось купить хоть что-нибудь полезное, но она ещё не знала, что сейчас полезно её вишне.
В субботу Ирина пришла в выгоревшей рубашке с длинными рукавами. Надя провела её прямо к потёку на стволе.
— Вот отсюда началось.
Ирина присела.
— Здесь чем задели?
Надя нагнулась рядом. Под нижней каплей тянулась узкая полоса содранной коры. Она и прежде её видела, только не считала важной.
— Леской, наверное. Я тут кошу. Она тонкая, я думала, коре ничего.
— Коре хватает. Сюда больше не подходите с триммером вплотную.
Юра стоял за ними. Надя ждала, что он вспомнит, как просил оставить траву у самого ствола, но он промолчал.
— Так из-за этого ветки?
— Одной этой царапиной всё не объяснишь. Покажите, где листья начали вянуть.
Они обошли дерево. Со стороны дома нижняя ветка была зелёной, и Надя снова подумала, что напрасно позвала чужого человека. Но Ирина остановилась у развилки и попросила Юру осторожно отвести соседний побег.
Здесь кора под старым наплывом была чуть вдавлена. Надя заметила это только сбоку. Она всегда подходила к вишне с дорожки, где удобнее собирать.
— Камедь сама по себе не болезнь, — сказала Ирина. — После мороза тоже бывает. После травмы, как у вас внизу. При плохих условиях дерево может так отвечать. Но здесь ещё и кора отмирает, и ветка выше сохнет. Это уже похоже на инфекционное поражение.
— Грибок?
— Бывают и грибные, и бактериальные. Назвать возбудителя на глаз я не возьмусь.
Надя смотрела на ветку. На ближнем конце ещё держались красные вишни. Одна лопнула после дождя, и к ней подбирались муравьи.
— А жук не может?
Ирина осмотрела потёки и кору ниже.
— Насекомые тоже вызывают камедетечение. Сейчас явных ходов и буровой муки я не вижу. Это ещё не значит, что вредителей совсем нет. Но эти поражённые ветви всё равно надо убирать.
— Всю эту?
— До здоровой ткани. По месту посмотрим, сколько придётся снять.
Надя отступила на дорожку. Если убрать нижнюю ветку, между стволом и забором откроется соседская стена. Сейчас её почти не было видно. Наде нравилось, что от калитки идёшь под листьями, а не мимо серого шифера.
— Может, всё-таки зачистить и закрыть? — спросила она.
Ирина убрала руку с ветки.
— Мёртвую кору покрытием не оживить. А поражение может идти дальше.
Юра переступил с ноги на ногу.
— Я пилу принесу.
— Сейчас не надо, — сказала Ирина. — Кора мокрая, опять накрапывает. Выберите сухой день. Я покажу вам, какие ветви нужно убрать. Когда будете пилить, смотрите, нет ли потемнения на срезе. Если оно остаётся, значит, до здоровой древесины ещё не дошли.
Надя кивнула. До сухого дня можно было ещё подождать. Она убрала табурет и, проходя к калитке, привычно пригнула голову под веткой.
Наутро она сняла с неё спелые вишни. На живых ответвлениях ягод оказалось больше, чем она думала, и от этого решение казалось ещё менее разумным. Надя набрала неполную миску и унесла в дом.
— С неё? — спросил Юра.
— С неё.
Он съел одну и положил косточку на край блюдца.
— Сладкая.
— Я знаю.
Надя высыпала вишни в дуршлаг. Кран на кухне подкапывал, Юра обещал заменить прокладку. Она чуть не напомнила ему, но удержалась. Он сидел без дела всего минуту.
Через три дня установилась сухая погода. Юра вынес садовую пилу и сучкорез. Инструменты они очистили и обработали, как велела Ирина. Надя придерживала невысокую ветку, пока Юра отпиливал её частями, чтобы не содрать кору тяжестью. Сухие побеги падали почти без звука, зелёный конец пришлось отнести в сторону.
На срезе оставшейся части ветки виднелось бурое пятно.
— Может, хватит? — спросил Юра.
Надя наклонилась. На светлой древесине пятно было видно отчётливо. Ей хотелось согласиться.
— Ещё надо.
Юра отпилил ещё часть ветки с запасом ниже поражённого места, как показала Ирина. Надя снова подошла посмотреть. Теперь потемнения не было.
Обрезки они собрали отдельно, для вывоза, не стали складывать к дровам у забора. Надя подобрала из травы тонкий сухой побег, который сначала пропустили. На нём ещё держались сморщенные остатки цветков.
Зоя подошла, когда Юра убирал пилу.
— Ого. Я думала, вы одну сушину снимете.
Надя молчала. В прорехе виднелась вся соседская стена, даже белый след от прежнего водостока.
— А я тебе вар-то несла, — сказала Зоя.
— Ты же помочь хотела.
— У нас слива так текла. Замазали, и всё прошло.
— Может, у неё другое было.
Зоя посмотрела на оставшуюся крону.
— Эта-то будет жить?
— Пока не знаю.
Зоя ещё постояла, глядя на дерево, и пошла к себе. Надя сама хотела услышать от Ирины, что теперь всё будет хорошо. Но та велела наблюдать за оставшимися ветвями и снова обращаться за помощью, если начнут вянуть листья или расширятся тёмные участки коры.
На следующий день Надя несколько раз выходила к дереву. Срез оставался светлым. Листья на верхних ветвях были такими же, как вчера. Она понимала, что за сутки ничего не решится, но всё равно смотрела.
К вечеру Юра собрался косить. Надя услышала, как он разматывает удлинитель, и вынесла из сарая большие ножницы.
— Под вишней оставь, — сказала она. — Я сама.
Трава у ствола отросла длиннее, чем на дорожке. Надя присела и отвела её рукой, открывая повреждённое место на коре. Раньше она прошла бы здесь леской за несколько секунд.
Юра потянул провод в обход дерева. Надя подождала, пока он уберёт его из травы, и принялась стричь.
Ваше участие помогает выходить новым текстам
Спасибо за ваше внимание к этому тексту. Оставьте, пожалуйста, отзыв — даже несколько строк в комментариях помогают нам становиться лучше. Если хотите, поделитесь рассказом в соцсетях или с близкими. Поддержать авторов вы также можете через кнопку «Поддержать». Спасибо всем, кто уже поддерживает наш канал. Поддержать ❤️.